Проект It BOOK сейчас на реконструкции, но мы оставили текущую версию открытой для вас  

Правильные слова

14.02.2017

Вы читаете правильные книги, ходите в правильные заведения и носите правильную одежду? Если да, то обязательно прочитайте фрагмент книги Максима Кронгауза «Русский язык на грани нервного срыва»

Этого слова следует бояться. В нем слишком много идеологии, и оно не оставляет выбора. В конце концов от чего-то элитного или эксклюзивного можно отказаться, а от этого — нет.
В интервью известного теле- и просто журналиста Леонида Парфенова, которое он дал журналу “Афиша”, сказано следующее:

— Где вам в Москве весело?
— Для меня главное из развлечений — правильная жратва в правильном месте. Сейчас время ланча, тепло. Я бы на какой-нибудь террасе посидел. Съел бы салат “Рома”, в смысле с зелеными листьями, и заказал Pinot Grigio под рыбку. Только вот не знаю, где сейчас можно найти террасу, наверное, в “Боско”. Кстати, а вы сами носите правильную одежду? Смотрите правильные фильмы? Слушаете правильную музыку? Ходите в правильные места? Или как? Ах, вы не знаете, что следует считать правильным? Читайте глянцевые журналы — вас научат. Раньше я вздрагивал от этих непривычных словосочетаний, а потом привык и уже с удовлетворением обнаружил в статье под названием “SUPERВУЗЫ. 10 правильных заведений” упоминание родного университета. Жаль, конечно, что я не могу последовать рекламе: “Купи правильный дом. Новорижское шоссе”, но уж в магазин “Правильная обувь” я захаживаю регулярно. В общем, все хорошо, жизнь удалась. Кстати, объяснение словосочетаний правильная жратва и правильное место в интервью с Л. Парфеновым очень характерно: салат “Рома”, в смысле с зелеными листьями; Pinot Grigio под рыбку; терраса в “Боско”. Все это весьма изысканно и едва ли известно непосвященному читателю. Зато читатель “Афиши” может попытаться стать посвященным. Такое употребление слова
правильный близко по значению французскому выражению comme il faut, заимствованному в русский язык как комильфо. С помощью слова правильный глянцевые журналы формируют новый стиль поведения, следовать которому должен любой продвинутый (еще одно модное слово) человек. Если использовать европейские аналогии, можно сказать, что речь идет о создании нового русского дендизма, особого свода правил “как себя вести”, “какую одежду носить”, “что есть”, “что читать”, “куда ходить” и т. п. И вся эта сложная система скрывается за новым употреблением слова правильный, что и объясняет его взлет.

Это прилагательное прежде всего активно сочетается с названиями продукта в самом широком смысле этого слова: от одежды, обоев, еды — до пищи духовной: романов, фильмов, спектаклей и т. п. Также правильными могут считаться и производители или создатели соответствующей продукции. Если раньше, выделяя, мы бы назвали режиссера модным, популярным, народным, ну в лучшем случае культовым, то сейчас нет ничего выше звания “правильный режиссер”. Иди и смотри. И наконец, тот, кто следует всем этим гламурным указаниям, может сам считаться правильным (или, как говорили когда-то, комильфо), то есть по сути — правильным потребителем. Меня навсегда поразила фраза из той же “Афиши”:

Последние лет пять правильную московскую девушку можно было отличать по колготкам. Колготки должны были быть только телесного цвета, только прозрачные и только оттенка загара.
Я еще не вполне осознал, кто они — эти загадочные правильные девушки, но уже получил инструкцию, как узнавать их в толпе. Конечно же, по колготкам телесного цвета.
Совершенно очевидно, что большинство подобных сочетаний человеку семидесятых показались бы дикими, однако не все так просто. В советских текстах все-таки встречаются похожие примеры, хотя не так часто и в довольно специфических “идейных” контекстах. Вполне допустимо, например, было словосочетание правильный фильм, но, естественно,оно использовалось по отношению к фильмам совершенно другого рода, активно одобряемым советской властью, — то есть с правильной идеологией.
Таким образом, неизменная часть значения у данного слова на самом деле сохраняется, просто на смену одной идеологии, политической, приходит другая — идеология потребления, что и определяет его сочетаемость.
По существу, за этим словом всегда стоит некая “идейность”, но отнюдь не в том единственном политическом смысле, к которому так привыкли советские люди. Подобное употребление прилагательного вообще характерно для жаргонов, связанных с жесткими поведенческими нормами. Здесь можно вспомнить и блатной мир, только вместо правильных девушек его населяют правильные пацаны.
Что же касается идеологии потребления, то она, не будучи политической и тоталитарной, не становится от этого менее жесткой и агрессивной. Через соответствующие слова она проникает в сознание, навязывая, в частности, жесткие правила выбора. Следует ходить в правильные места, есть в них правильную еду, наконец, знакомиться и общаться с правильными девушками (тем самым последние выступают тут и как субъект, и как объект потребления). Читать нужно исключительно правильные романы, слушать правильную музыку, смотреть правильные фильмы…
Перекличка между нынешним временем и советской эпохой характерна и для некоторых других модных прилагательных: позитивный, актуальный, реальный и т. д. Например, позитивный сочетается сейчас с такими словами, как фильм, спектакль, сценарий или шоу:

Мало сыщется фильмов, вызывающих такие же умиление с просветлением. Если “Блондинка в законе” — самый позитивный фильм сезона, то этот — самый адекватный… (“Известия”).
Такие употребления не описываются существующими словарями (речь идет о совсем недавней кальке с английского), однако фактически выражают идеологию социалистического реализма. Позитивные фильмы и спектакли показывают жизнь такой, какой она должна быть, а не какая она есть на самом деле. Все чаще в текстах мелькают двоюродные братья актуальный с реальным. По телевизору показывают Реальную политику, а на улицах города мы видим реальную рекламу. Актуальным сегодня
тоже может быть все: от искусства до автомобиля или прически. Иногда концентрация всех этих слов в тексте зашкаливает, и хорошо, если автору все же свойственна хотя бы легкая ирония:

Музей современного искусства, открывая ретроспективой Айдан Салаховой новую программу “Москваактуальная”, сделал выбор безукоризненный. Само понятие “актуальное”, ввиду длительного и широкого употребления, подрастеряло, как кажется, былую актуальность, вытерлось немножечко до состояния “элитного” и “эксклюзивного” — но если слово “актуальное” значит сегодня что-то еще, то именно это:
пример остальным, образец для подражания; что же
она еще, как не пример или образец? Умница и от личница, красавица и так далее; иногда они возвращаются, времена правильных героев (К. Агунович, “Афиша”).
Прилагательные правильный, реальный, актуальный выражают положительную оценку, как и элитный, и эксклюзивный, но делают это не так крикливо и не так явно. Они отсылают к неким ценностям, к определенной системе взглядов, но при этом не фиксируют их раз и навсегда, что и позволяет им быть более устойчивыми. И в сегодняшнем гламурном мире они оказались на видном месте. Вот уж действительно, ключевые слова эпохи. Правда, и здесь происходит определенное обновление: появляются новые слова и даже новые идеологии. Выше в одном из примеров уже мелькнуло слово адекватный. Оно становится все популярнее, а степень положительной оценки, им выражаемой, все растет. Появляются слоганы “Адекват ному зрителю адекватное телевидение”, “Адекватный клуб для адекватных людей” и даже “Адекватная йога для адекватных людей”. Оно за просто может встретиться через запятую со словом умный: адекватные, умные люди. А еще лет 10–15 назад это выглядело бы странно. Ведь умный — это, безусловно, хорошо, а адекватный — всего лишь нормально. Еще одно слово с похожим значением тоже вошло в моду и сочетается все с большим
кругом существительных: вменяемый политик, вменяемые цены, вменяемый фильм… Прилагательные адекватный и вменяемый интересны тем, что заложенные в них “нормальность” и “соответствие ситуации” воспринимаются теперь не просто как положительные факторы, но как довольно сильная похвала. Невольно задумываешься над тем, не означает ли это, что “нормальность” становится в нашем мире настолько редкой, что люди и вещи, ею обладающие, заслуживают высочайшей положительной
оценки.

Издательство Corpus

 

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Ну, скушай же еще тарелочку, мой милой!»

А Вы кушаете или едите? О том, как не выдать в себе провинциала, It BOOK рассказала кандидат филологических наук, доцента кафедры стилистики русского языка факультета журналистики МГУ Суздальцева Вера Николаевна.

Всегда ли нужно говорить спасибо и пожалуйста?

Во времена повальной толерантности и напускной модной вежливости вам либо беспричинно улыбаются и говорят спасибо на каждом углу, либо по старинке хамят, не прикидываясь хипстерами. О том когда вежливая форма обращения в виде спасибо/пожалуйста уместна на самом деле it book рассказала кандидат филологических наук, доцент кафедры Русского языка МГУ им. Ломоносова Григорьева Ольга Николаевна.

« …Типа люблю…» О лишних словах в нашей речи или большая стирка

О том, что такое черный список лингвистов, зачем мы через фразу вставляем слово “типа” и как сделать речь чище it book рассказала кандидат филологических наук, доцент кафедры стилистики русского языка факультета журналистики МГУ Суздальцева Вера Николаевна.

«ВЫ  ПОСЛЕДНИЙ?» – «Я НЕ ПОСЛЕДНИЙ –  Я КРАЙНИЙ!»

Называть «последнее» «крайним» стали повсеместно.   Крайняя страница, крайний рейс. Вам не режет слух? Нам очень. О том, мода это или новая норма, It book спросил кандидата филологических наук, доцента кафедры стилистики русского языка факультета журналистики  МГУ Суздальцеву Веру Николаевну.