Проект It BOOK сейчас на реконструкции, но мы оставили текущую версию открытой для вас  

«Звездные войны» глазами советских кинокритиков. Накануне премьеры

15.12.2016
Текст: Яна Семёшкина

СССР против джедаев – о том, как звёздная сага стала идеологическим оружием в годы холодной войны .

Всемирно известную сагу Джорджа Лукаса советский зритель впервые увидел на большом экране только в 1990 году. Тогда же стали появляться пиратские видеокассеты – с гнусавым мужским дубляжем - нелепым символом эпохи девяностых. И пока советские школьники искали новых героев среди джедаев, их старшие современники припоминали скандальные фельетоны в Литературке о нашумевших «Космических киноужасах».

Вышедшие в 1977 году, «Звездные войны» оказались удобным кино-оружием для решения пропагандистских задач в годы холодной войны. Им были свойственны многие признаки «чужой» реальности: крупные денежные обороты, причастность к неглубокой «массовой культуре» комиксов и – как следствие – вторичность, неоригинальность. Возглавляли список - необычно выглядевшие персонажи, одержимые странными, с точки зрения советского человека, идеями.





Американскому зрителю показывали борьбу за Республику, как за величайшее добро, против Империи, как величайшего зла. Несложно догадаться, какая реальность выстраивалась за космическими аллюзиями – демократические Штаты Америки противостояли Имперскому СССР. На образ хорошей, по умолчанию, Республики наматывают звёздный флаг - почти звездно-полосатый со всеми его современными атрибутами.

Что оставалось ответить советскому кинокритику на столь бесцеремонный, полнометражный выпад Америки? Первая отечественная рецензия «Звездных войн» вышла в «Литературной газете» за 77 год , в статье «Космические киноужасы» журналистка Юлия Варшавская писала:

«Нынешним летом американские кинотеатры захлестнула новая волна «кинопсихоза». Итак, на смену «нечистой силе», массовым катастрофам и гигантским акулам на американский экран пришли ужасы поистине космического масштаба – чудовищные тираны, терроризирующие нашу галактику. Борьбу с ними ведут герои фильма – некая круглолицая принцесса, деревенский юноша, старый рыцарь Круглого стола, человек-обезьяна и два робота. Один из них – громадный, позолоченный робот Трипио – наделён человеческой речью, другой – Арту-Дету – похож на автомобиль и изъясняется «звёздными» сигналами… На экране то и дело возникают кошмарные чудовища: человек-ящерица, гномы без лиц, живая мумия, голова, которая усеяна резиновыми трубками, фантастические животные… новая серия «Войны звёзд»… будет, по всей видимости, столь же посредственна, сколь и прибыльна. Это неудивительно. Массовый зритель охотно „клюёт“ на подобные образчики „киноискусства“, чтобы потом, выйдя из зала, почувствовать, что за его пределами, всё же спокойнее…»

Создается впечатление, что сама Варшавская не смотрела фильм, она ссылается на «сообщения печати», в том числе французского еженедельника «Экспресс», по его утверждению, «сюжетдовольно примитивен».

А вот отрывок из статьи Кукаркина, вышедшей несколькими годами позже:

“Чисто зрелищные атрибуты призваны возбуждать любопытство зрителей. Они представляют собой как бы рамку, обрамляющую простенький сюжет, который строится на примитивной (значит, общедоступной) символике. Отпетые негодяи и сверхблагородные храбрецы, схватки и погони, спасения в последний момент перед, казалось, неизбежной гибелью, неустанная борьба добра со злом, преклонение перед силой напоминают стереотипы вестерна, возведенные в космические масштабы, не случайно сам Джордж Лукас окрестил свое творение «вестерном будущего». И не беда, что мустанги здесь заменены космолетами, а кольты — лазерным оружием. Тем более впечатляющ традиционный хэппи энд: империя зла уничтожена, добро торжествует.”

Или,

“Вся эта «атавистическая фантазия», как не без ехидства подметил английский критик Ричард Комбс после выхода на экран еще первой серии, и особенно «триумф Воли в финальной победе, созвучны идеям заправил правых республиканцев» в современных США.”

Кинокритик журнала «Искусство кино» М. Шатерникова переходит к политической составляющей фильма, отмечая, что «Сила – это вариация бергсоновского elan vital и “коллективного бессознательного” Юнга», и, в конце концов, утверждает - у фильма «философские источники те же, откуда было немало почерпнуто нацистской идеологией».

Критики 70-х годов выплескивали идеологические подтексты на передовицах, выстраивая глухую оппозицию «своё-чужоё» в борьбе за советского зрителя. И хотя сейчас никому и в голову не придет искать политические подтексты в образах Чуббаки и Дарта Вейдера – фильм был снят в разгар холодной войны как бы в назидание Империи Советов.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Красные одежды против зелёных

Наталья Черных о сериале "Рассказ служанки", цветосветовых опытах голландской живописи и нетребовательности современного кино. Читаем!

Ухо Ван Гога. И другие истории.

9 ноября в прокат выходит анимационный фильм «Ван Гог. С любовью, Винсент» оскароносного режиссера Хью Велчмана. It BOOK рекомендует картину к просмотру и вспоминает рождественскую ночь, изменившую современное искусство.

Кому снятся единороги?

К выходу фильма «Бегущий по лезвию 2», Игорь Попов написал отменный лонгрид о культовом Филипе Дике, Харрисоне Форде в роли Рика Декарда, жанре нео-нуар и человеческой эмпатии.

Вон Карвай. «Любовное настроение»

Каждый месяц It BOOK вместе с издательством "НЛО" приобщается к миру кино. На сей раз вспоминаем книгу кинокритика Сергея Анашкина "О фильмах дальней и ближней Азии" и представляем вашему вниманию главу о классике азиатского кино, главном антоганисте Ларса фон Триера - Вон Карвае и его культовой картине "Любовное настроение".